Новости
Библиотека
Карта сайтов
Ссылки
О сайте





предыдущая главасодержаниеследующая глава

§ 24. "Россия" готова пройти путем "Пауэрфулла"

После захода в Портленд 23 октября 1897 г. и пополнения запасов угля "Россия" сделала остановку в Виго. В этом старинном испанском порту, располагавшем вместительным и удобным рейдом, командир перед выходом крейсера в Средиземное море решил заняться отработкой организации службы и боевой подготовки корабля.

Каждое утро вся без исключения команда выводилась на 15-минутную утреннюю гимнастику, затем начинали работы по заведованиям и тренировки на боевых постах, после обеда - с 14 до 17 ч проводились занятия по повышению грамотности и по специальностям, с 17 ч - шлюпочные учения. Регулярными были занятия со стрелковым оружием, стрельба дробинками, изучение уставов, посадка десанта. В течение всей двухнедельной стоянки проводили обширный курс плановых стрельб - из винтовок и револьверов, из орудий винтовочными пулями, со сторожевых шлюпок, а также обучение прислуги десантных пушек, частные артиллерийские учения, учения подачи снарядов и зарядов, учения по постановке сетевого заграждения. При этом отрабатывали навыки приготовления торпеды к выстрелу с заряжанием ею аппарата.

Отработкой управления кораблем в бою руководил сам командир А. М. Доможиров. Он настойчиво добивался такой организации, чтобы приказания на все боевые посты передавались всегда точно, были поняты без искажения и исполнялись без промедления. Вполне оценив такие новшества, как система приборов управления артиллерийским огнем и телефонная связь, А. М. Доможиров в донесении генерал-адмиралу настаивал на увеличении на корабле (взамен еще сохранившихся средств "звуковой передачи" - горна и барабана) количества телефонов, боевых и дистанционных циферблатов. Определенным было и его мнение о необходимости для надежного управления боем установки на корабле второй боевой рубки.

Пока же, здраво рассчитывая на собственные силы, командир не переставал изыскивать резервы в совершенствовании боевой техники и организации службы. Еще в Кронштадте А. М. Доможиров своим приказом фактически учредил должность помощника старшего офицера, назначив на нее лейтенанта А. И. Русина и поручив ему надзор "по горизонтали" за порядком на жилой и других нижележащих палубах. Всем офицерам было приказано приобрести свистки, чтобы ими предварять каждую свою команду; по заранее подготовленным перечням начали составлять силами офицеров, не исключая и великого князя Кирилла, подробное описание технических и боевых средств крейсера. По инициативе трюмного механика Б. Куриака на всех водонепроницаемых дверях нанесли условные синие, красные или белые круги, указывающие периодичность и срочность задраивания дверей в зависимости от рода тревог и условий плавания корабля. Уже в декабре боевые циферблаты ПУАО дополнили сигналами для стрельбы залпом, а имевшиеся в резерве или отслужившие свое циферблаты приспособили для передачи срочных указаний о месте обнаружения на корабле пожара. Подобные примеры рационализации всемерно поощрялись командиром, не жалевшим сил на утверждение в экипаже духа творчества и соревнования.

Немало поводов для сравнений и выводов дало прибытие на рейд 14 ноября английской эскадры, состоявшей из восьми броненосцев в сопровождении четырех крейсеров (среди них - "Блэйк" и "Бленхейм") и двух "минных" лодок. "Спокойно и самоуверенно", как писал А. М. Доможиров, они "резали нос" одинокому русскому крейсеру и один за другим, строго соблюдая интервалы, становились на якорь. "Порт Виго,- писал А. М. Доможиров в донесении,- англичане считают как бы своим: уголь доставляют из Англии на специальных пароходах и тут же перегружают на корабли без оплаты всяких пошлин на ввоз" (ЦГАВМФ, ф. 417, оп. 1, д. 1681, л. 96.). Здесь и в окрестных бухтах они проводили ежегодную боевую подготовку, не стесняя себя даже в стрельбе.

На салют, произведенный с "России" флагу английского вице-адмирала, с флагманского броненосца ответили равным числом выстрелов. По общепринятым законам, русский командир как младший по должности в этот же день нанес визит английскому командующему, который с ответным визитом посетил "Россию" на следующий день. Оценив многочисленность артиллерии крейсера, ее хорошее снабжение боеприпасами и простор для обслуживания орудий, английские адмиралы и командир "Блэйка" признали, что в боевом отношении их крейсера "Пауэрфулл" и "Тэррибл" явно уступают "России". В порядке ответной любезности командующий эскадрой разрешил русским офицерам осмотреть пять его новейших броненосцев и крейсеров. Не показали только, ссылаясь на прямое запрещение адмиралтейства (касающееся всех иностранцев), отделения подводных минных аппаратов. Впечатляющим зрелищем и информацией к размышлению оказалась проводившаяся на английских кораблях погрузка угля. "Это целый спорт",- писал А. М. Доможиров. Каждый корабль стремится побить ранее установленный рекорд, и скорость погрузки доходит у них до 170 т/ч. Завидным был и английский порядок, согласно которому в штат каждого корабля с экипажем более 500 человек входил оркестр. Во время отхода английской эскадры. (20 ноября) на каждом корабле, когда он проходил мимо "России", играли русский гимн. Под музыку, докладывал А. М. Доможиров, англичане делают утреннюю гимнастику и "выхаживают" (67 Вращая шпиль с намотанным на него тросом или якорной цепью, матросы ходили вокруг него - "выхаживали" цепь с якорем, прилагая постоянное усилие к концам радиально вставленных в гнезда в голове шпиля длинных рычагов - вымбовок.) якорный канат.

Проводив англичан выстроенным на палубе, как и на их кораблях, караулом, начали готовиться к продолжению похода. Наверное, еще в Портленде, где английские газеты не раз сравнивали "Россию" с крейсерами "Пауэрфулл" и "Тэррибл", у А. М. Доможирова появилась мысль пройти тем же маршрутом, каким в это время шел, уже обогнув мыс Доброй Надежды, крейсер "Пауэрфулл". Только такой путь позволил бы испытать крейсерские качества корабля с достоверным, по данным длительных наблюдений, расходом угля и проверкой надежности главных механизмов, в особенности водотрубных котлов Бельвиля. В подобной проверке "Россия", понятно, очень нуждалась. Высказывалось мнение, что "Пауэрфулл" послан в Тихий океан в противовес идущей туда "России": британские колонии воочию должны были убедиться в том, что против больших русских крейсеров Британия может выставить громадные. Вот почему появление "России" у мыса Доброй Надежды, о. Маврикия или у Австралии ("вообще по пятам "Пауэрфулла"") имело бы огромное "моральное воздействие" как на англичан-колонистов, так и на население, вызывая в них желание поддерживать с Россией дружеские отношения.

Но необходимость спешить на Дальний Восток и, по-видимому, все те же преследовавшие Морское министерство заботы об экономии не позволили принять предложение командира "России". Маршрут крейсера остался прежним, а число и продолжительность стоянок ему было велено сократить. Покинуть Виго пришлось на неделю раньше, чем планировал командир.

25 ноября крейсер вышел в море и, следуя на юг вдоль португальского берега, впервые встретил значительную океанскую зыбь от норд-веста. Размахи качки доходили до 20°. Днем 27 ноября прошли Гибралтарский пролив. Уже в Средиземном море, вблизи единственного в его западной части о. Альборан (Испания), провели практическую стрельбу из орудий. И здесь, стремясь форсировать боевую подготовку, командир А. М. Доможиров, не считая первых и вторых комендоров, привлек к стрельбе почти весь офицерский состав, включая великого князя. Для демонстрации личному составу и проверки разрывного действия чугунных гранат сделали пять боевых выстрелов из 75-мм орудия. "Разрывы получились очень хорошие..." - писал в своем строевом рапорте командир А. М. Доможиров. Ученик и последователь прогрессивных русских адмиралов И. Ф. Лихачева и А. А. Попова, он, очевидно, хорошо помнил завет последнего - "корабли строятся для пушек". Из этого опыта он сделал вывод о необходимости увеличить на кораблях количество учебных стрельб, особенно подготовительных, которые не вызывают больших расходов и в то же время доставляют личному составу "крайне желательную полезную практику" (ЦГАВМФ., ф. 417, оп. 1, д. 1681, л. 109.).

На переходе в Средиземное море А. М. Доможиров приступил к опытам по определению экономичности средней машины в сравнении с бортовыми. По опыту трехсуточных замеров оказалось, что средняя машина при 9-узловой скорости (индикаторная мощность 1956 л. с.) требует расхода угля 72 т/сут (без учета 10 т на общекорабельные потребности и 4 т на пополнение котлув). Бортовые же машины даже при большей скорости (9,4 уз) требовали только 68 т/сут. При уравнивании расхода угля в них со средней машиной скорость повышалась до 10,5 уз и преимущество бортовых машин становилось еще более явным. Причины такого несоответствия практики с проектными предположениями А. М. Доможиров видел в значительной затрате части мощности средней машины на преодоление сопротивления винтов (хотя и вращавшихся свободно при разобщении) бортовых машин.

Днем 29 ноября, совершив 970-мильный переход от Виго за 4 дня, пришли в Алжир, где застали направлявшийся также в Тихий океан крейсер "Владимир Мономах". Все пять дней стоянки "Россию" с утра до вечера переполняли толпы жаждущих побывать в гостях у русских.

Выйдя из Алжира 5 декабря, проверили остаточную девиацию магнитных компасов, на которую могла повлиять проведенная ранее стрельба, и продолжили путь вдоль берегов Алжира и Туниса. 7 ноября произвели поверочную стрельбу. Попадания были, по донесению командира, вполне удовлетворительные, орудия и станки действовали исправно, поломок и повреждений не обнаружили. Днем продолжили путь на восток и утром 8 декабря вошли в гавань порта Ла-Валлетта на Мальте. На рейде застали возвращавшийся из Тихого океана броненосец "Император Николай I" и английскую эскадру Средиземного моря.

Следующим пунктом назначения была бухта Суда на о. Крит.

Давший миру великую, за 2-3 тысячи лет до н. э. сформировавшуюся критомикенскую культуру, этот многострадальный остров, находившийся под властью Османской империи, многие годы терзали кровавые национальные междоусобицы. Вспыхнувшее в феврале 1897 г. восстание христианского населения, требовавшего присоединения острова к Греции, привело к греко-турецкой войне и высадке греческого десанта на остров. Флоты великих держав пытались остановить конфликт, были даже сделаны попытки организовать блокаду острова, чтобы прекратить бои и полыхавшие над островом пожары. И хотя Турция победила на материке, под давлением держав она была вынуждена согласиться на предоставление Криту широкой автономии. Комиссаром острова после долгих дебатов в 1898 г. согласились признать принца Георга Греческого. Роль держав - покровительниц Крита взяли на себя Англия, Россия, Франция и Италия, и бухта Суда оставалась местом стоянки их кораблей (68 По инициативе русского командования было организовано снабжение продовольствием попавшего в беду мирного населения острова. Уже в марте 1898 г. пароход РОПиТ "Император Александр II" доставил из Одессы первую партию (350 т) пшеничной муки. Распределенную пропорционально численности христианского и мусульманского населения эту муку к 10 пунктам прибрежья острова доставляли канонерская лодка "Грозящий" и броненосец "Император Александр II". Это гуманное обращение русских, никогда, даже в крайних случаях, не применявших оружия, возымело свое действие. В октябре 1898 г. начальник русских сухопутных и морских сил на острове контр-адмирал Н. И. Скрыдлов телеграфировал в Петербург, что подведомственные ему жители Ретимского округа - христиане и мусульмане - первыми на острове начали сдачу оружия русским экспедиционным войскам. "За полезные труды по умиротворению населения Крита и по введению на острове автономного управления" Н. И. Скрыдлову было объявлено "монаршее благоволение" (благодарность), а 30 мая 1899 г. он в числе других адмиралов международного отряда получил почетное гражданство Афин (ЦГАВМФ, ф. 417, ori. 1, д. 4514, л. 3).).

Русский флот в конце 1897 г. представляли здесь броненосцы "Император Николай I", "Император Александр II", "Наварин" и "Сисой Великий".

На следующий день по прибытии "России" - 19 декабря - командующий русской эскадрой контр-адмирал П. П. Андреев провел инспекторский смотр крейсеру с опросом претензий команды. Из иностранных кораблей на рейде своим симметричным силуэтом, одной мачтой между двух труб и башнями с 343-мм орудиями заметно выделялся итальянский броненосец "Сарджена".

23 декабря 1897 г. крейсер "под двумя машинами" пошел дальше на восток вдоль северного берега Крита. Гордый за свой замечательный корабль ("наш великан", - не раз читаем мы в официальных донесениях А. М. Доможирова), командир изменил курс вправо и почти вплотную подошел к городу Ретимно (Ретимнон), где стоял контингент русского пехотного Житомирского полка. Зрелище было волнующее: лазурные воды Средиземноморья, скалы древнего Крита, огромный белоснежный крейсер с трепещущим на гафеле Андреевским флагом и толпы русских солдат, которые высыпали на берег крепости и долгим "ура" (расстояние было не более 700 м) провожали уходивший в дальнее плавание свой, русский корабль... Ответным "ура" приветствовали моряки своих земляков, так нежданно оказавшихся в местах, куда несколько веков назад их предки славяне приходили с берегов Черного моря.

Утром 25 декабря крейсер был в Порт-Саиде. Приступили к переговорам с администрацией Суэцкого канала о заказе необходимых при его проходе буксирных пароходов, обсуждали порядок следования, обмеряли помещения для расчета уплаты за право пользования каналом, начали перенос грузов для дифферентовки на ровный киль - проход с осадкой более 7,8 м не разрешался. Вечером 27 декабря, прервав работы, устроили для команды праздник новогодней елки. Самодеятельные артисты, а они всегда были на корабле, разыграли перед командой традиционные народные сцены и популярное на флоте представление "Царь Максимилиан".

Утром 31 декабря начал проводку крейсера по каналу самый опытный (из общего штата 85 человек) лоцман компании Пейпа.

Операцию проводки корабля больших размеров обеспечивали главный агент компании Суэцкого канала и его помощник; в переходе, с разрешения А. М. Доможирова, принял участие командир пришедшего накануне из Бейрута французского миноносца "Ибервиль". К вечеру, соблюдая все предосторожности, достигли Большого Соленого озера и на ночь стали на якорь. С предельным вниманием, осторожно маневрируя рулем, машинами и тягой буксирных пароходов, продвигались по сужающемуся и меняющему направление каналу. Из-за трудности действия валиковых приводов приходилось ставить на паровой штурвал до четырех рулевых, и все-таки отработка рулевой машины запаздывала: электрическое управление золотником рулевой машины командир считал крайне необходимым. "Крейсер по своим качествам вполне достоин иметь отличный рулевой аппарат..." - докладывал он генерал-адмиралу. "Обратить внимание..." отреагировал великий князь в своей резолюции (ЦГАВМФ, ф. 417, оп. 1, д. 1681, л. 155.).

В 10 ч утра 1 января 1898 г., затратив на переход 27,5 ч (из них 15,5 ч на ходу), пришли в Суэц. Приняв 2310 т угля, продолжили путь. Однодневный заход в Аден для отдыха команды - и 14 января "Россия" была снова в море. Утром 26 января отдали якорь на Сингапурском рейде: 3085 миль от Адена "под двумя машинами" прошли менее чем за 14 сут. Корабль за это время вполне "оморячился": почти все матросы перестали страдать от морской болезни, благополучно прошла и акклиматизация в тропических широтах. В питании команды, благодаря рефрижераторной установке, были постоянно свежее мясо с добавлением солонины и зелень, а также отличный хлеб, который выпекали хлебопекарные печи. Система вентиляции не вызывала особых нареканий, но паровые приводы вентиляторов, перегревавшие помещения, где они находились, безусловно, требовали замены электрическими. Исключительно полезными оказались переносные электрические вентиляторы, которые выручали в перегретых помещениях и в первую очередь в погребах боеприпасов. Ряд таких помещений оказался по соседству с машинными и котельными отделениями, поэтому приходилось примыкавшие к погребам группы котлов держать на переходе в бездействии, так же как и боевую динамо-машину, которая усиливала перегрев помещения. Из-за интенсивной работы вентиляторов пришлось на время отказаться от ночных боевых тревог, вызывавших повышенный расход электроэнергии.

Об отсутствии систематизации и учета подобных постоянно повторяющихся замечаний командиров новых кораблей (особенно часты были жалобы на вентиляцию), позволявших затем ввести их в нормы и правила проектирования и снабжения, свидетельствовало и донесение командира о ненадежности малых динамо- машин, работавших на освещение. Жесткие габаритные ограничения их вертикальных приводных двигателей, писал А. М. Доможиров, заставили конструкторов довести некоторые детали "до предельной величины в ущерб выносливости их". Крайне трудоемкой оставалась операция чистки котлов и кипятильников Вира. Уже на третьи сутки из-за быстрой потери производительности (от нараставших осадков соли) они не успевали пополнять расход воды, и приходилось брать ее из запасов в междудонном пространстве. Беспокойство вызывали и подозрительные стук и скрип у винта правой машины, обнаружившиеся вскоре по выходе из Суэца. В Адене винт осмотрел водолазный офицер инженер-механик Николай Гербих, но видимых повреждений и потерь крепежных деталей не обнаружил. Предположили, что происходило усиленное истирание бакаутовых подшипников в кронштейне винта. Решение всех этих проблем пришлось отложить до прихода на свою базу.

Дальнейший путь привычно протекал вдоль берегов Индокитая и восточного побережья Азии. 26 февраля крейсер "Россия" пришел в Нагасаки - конечный пункт переходов наших кораблей в Тихий океан.

предыдущая главасодержаниеследующая глава



Пользовательского поиска


Диски от INNOBI.RU


© Карнаух Лидия Александровна, подборка материалов, оцифровка; Злыгостев Алексей Сергеевич разработка ПО 2001-2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://korabelu.ru/ "Korabelu.ru: История кораблестроения и судоходства"